ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Из Минска вылетел самолет нестандартного авиарейса, а завтра будет еще один. Что необычного в этих полетах?
  2. Суд в Гааге займется Лукашенко. Разбираемся с юристкой, чем ему это грозит
  3. Анна Канопацкая меняет фамилию
  4. Валютному рынку прогнозировали перемены. Возможно, они начались — в обменниках наблюдаются изменения по доллару
  5. БНФ предупреждал, но его не послушали — и сделали подарок Лукашенко. Что было не так с первой Конституцией Беларуси
  6. В Беларуси почти 30 тысяч новорожденных проверили на первичный иммунодефицит. Врачи выявили два редких заболевания
  7. Семья Вани Стеценко из Гродно, деньги на лечение которого собирали со скандалом, «оставила все и улетела» из Дубая в Беларусь
  8. Синоптики сделали предупреждение из-за погоды в воскресенье
  9. «Отравление всех без разбора, и детей, и взрослых». Химик прокомментировал идею Лукашенко удобрять поля солью
  10. На авторынке меняется ситуация — это может сыграть на руку покупателям
  11. «Вопросов куча». Лукашенко — о переговорах с США
  12. В Гомельской области БПЛА повредил дом, пострадала женщина — она в больнице


/

Одним из самых резонансных событий в первые дни Олимпиады стало публичное заявление норвежского биатлониста Стурлы Легрейда. После завоевания бронзовой медали в индивидуальной гонке атлет признался в измене девушке, которую назвал «любовью всей своей жизни». Мы спросили у психолога Артура Удриса, который ведет онлайн и офлайн консультации в Польше, зачем Легрейд пошел на такой шаг.

Стурла Легрейд во время медальной церемонии на Олимпийских играх в Италии, 10 февраля 2026 года. Фото: Reuters
Стурла Легрейд во время медальной церемонии на Олимпийских играх в Италии, 10 февраля 2026 года. Фото: Reuters

«Прежде всего отмечу, что это не первое признание биатлониста. Он сам сказал, что сообщил девушке об измене на прошлой неделе. Судя по всему, тот разговор прошел не очень хорошо, и они расстались. И наверняка Легрейд хочет восстановить отношения. Поэтому он надеется на „свет в конце тоннеля“», — считает Артур Удрис.

Психолог убежден, что ключевая фраза в высказываниях Стурлы — про «социальное самоубийство»:

— Думаю, это попытка искупить вину. Легрейд буквально проговаривает, что он страдает ради девушки, так как он «все испортил». Извинение — способ признать вину и компенсировать ущерб. Стурла дает понять: «Я пострадаю за свой поступок, чтобы доказать, что я хороший человек и меня можно любить». То есть это такой жертвенный акт, чтобы девушка оценила, как известнейший спортсмен «мочит» свою репутацию.

Удрис обращает внимание и на другой аспект — попытку создать «социальное давление на другого человека».

— Это как, например, делать предложение в людном месте. Человек, который, может, и хочет отказать, так поступит с меньшей вероятностью, ведь на него все смотрят. И бывшая девушка биатлониста после публичных извинений тоже может чувствовать себя неловко в плане «как его теперь не простить?». Не обязательно, что Легрейд делает это сознательно, но бессознательно он накладывает на нее обязательства.

В данном случае, по мнению психолога, неважно, что Стурла не называет имени возлюбленной:

— Она все равно знает или узнает, что это заявление для нее. Тем более когда ты выигрываешь медаль на Олимпийских играх, то создаешь дополнительное давление. Спортсмен и сам говорит, что после бронзы в гонке его речь «возможно, прозвучит весомее».

Резюмируя, Артур Удрис считает, что главными в резонансном поступке Легрейда были два мотива:

— Во-первых, публичное покаяние и способ компенсировать вину через страдание. Во-вторых, попытка создать социальное давление. Скорее всего, биатлонист идет на все это, чтобы вернуть девушку.

Напомним, Стурла Легрейд — олимпийский чемпион 2022 года в эстафете, семикратный чемпион мира и победитель общего зачета Кубка мира в сезоне-2024/25. 10 февраля на Играх в Италии он стал третьим в гонке на 20 км.

11 февраля стало известно, что бывшая девушка Легрейда отреагировала на публичное признание со стороны биатлониста. Пожелав остаться анонимной, она сказала норвежскому изданию VG следующее: «Простить сложно. Даже после признания в любви на весь мир. Я не просила ставить меня в такое положение, это тяжело. Мы общались [со Стурлой], и он знает мое мнение по этому поводу».