По данным украинской военной разведки, больше тысячи беларусов заключили контракт с российским Министерством обороны и отправились на войну. Журналисты БРЦ позвонили двум десяткам из них, чтобы поговорить о том, что заставило их идти убивать украинцев. Среди собеседников — бывшие силовики, люди, судимые по тяжелым статьям, разнорабочие и даже высокопоставленный военный. Рассказываем подробности некоторых бесед.
Часть беларусов-наемников прошла через пункт набора контрактников в Москве, на улице Яблочкова, 5. Журналисты получили доступ к некоторым данным о зарегистрировавшихся там от коллег из российского издания «Важные истории», так у них оказались контакты собеседников.
«На войне все средства хороши»
«Четыре наших друга (к сожалению, один уже не с нами), и вот мы приняли решение все вместе пойти и все-таки помочь, и какой-то свой вклад внести в то, чтобы не было в дальнейшем вот этого безобразия, вот этого фашизма, нацизма и издевательства над мирными жителями», — так объяснил свою мотивацию добровольно пойти на войну против Украины 48-летний уроженец Пинска Алексей Хлыщев.
У Хлыщева двое детей. В прошлом — работа на беларусских строительных предприятиях, овощной фабрике и отметка о судимости за хулиганство. В 2017-м он переехал в РФ, а после полномасштабного вторжения в Украину подписал контракт с российской армией.
Еще один мобилизованный — 31-летний Федор Галамба, бывший работник Климовичского хлебокомбината.
«На человеческие права и мораль всем наплевать, потому что идет война, а на войне все средства хороши», — поделился он своими размышлениями с журналисткой БРЦ.
По данным «Киберпартизан», Галамба — сирота, родом из Могилевской области. Окончил Костюковичский профессиональный лицей № 8 (теперь УО «Костюковичский государственный колледж»). В 18 лет пошел работать на хлебокомбинат. В 2016-м на странице Галамбы в «Одноклассниках» появились его фотографии с оружием и флагом самопровозглашенной ДНР. Галамба говорит, что застрял на войне: его мобилизовали как гражданина РФ. Но на тот момент, со слов мужчины, у него еще не было российского паспорта.
«У меня с прошлой военной частью есть проблемы, потому что мою предыдущую военную часть расформировали, вот. А у меня контракт к этому времени уже заканчивался, и они меня вместо того, чтобы уволить, они меня мобилизировали. Мобилизировали меня в Донецке. Уже идет следствие, но, как говорит адвокат, я на то время не являлся гражданином Российской Федерации», — рассказал Галамба.
Федор Галамба еще не решил, готов ли подписывать новый контракт, если удастся разобраться с незаконной, по его мнению, мобилизацией. Контрактники, в отличие от мобилизованных, получают еще и единовременные выплаты.
Судимые
Отметки о судимостях в полученном журналистами списке — у 31 человека.
Один из них — уроженец Гомельщины, 52-летний Олег Такмаков. Мужчина был судим за изнасилование и кражу с рецидивом, однако отбор на контракт с Вооруженными силами РФ прошел успешно, несмотря на Федеральный закон, который исключает такую возможность.
«Контракт мой закончился, меня никто не отпускает. Я служу просто уже без контракта», — рассказал Такмаков 30 июня позвонившим ему журналистам. Он сообщил, что не может вернуться домой, потому что кроме беларусского имеет российское гражданство. По указу Путина, контракты действуют до окончания периода частичной мобилизации.
С отметкой о судимости и Олег Скачков-Бочуров, а еще он бывший работник исправительной колонии. Контракт он подписал, но на фронт он не попал.
«28 марта меня списали по состоянию здоровья. У меня инфаркт был. <…> В Беларуси работал в местах лишения свободы оперативным», — рассказал Скачков-Бочуров. На вопрос журналистки, интересует ли его все еще сотрудничество с Минобороны РФ, ответил утвердительно.
Силовики
В полученном списке журналисты БРЦ нашли девятерых бывших работников силовых ведомств Беларуси. Шестеро точно подписали контракты. В основном все они имеют и беларусский, и российский паспорта.
Один из них — 61-летний Сергей Бурнейко. В 1999 году он командовал отделением военизированной пожарной службы УВД Витебского района.
«Я всегда за Россию. Это раз. Я пробыл на передовой. Я его (контракт. — Ред.) закончил полтора года назад», — рассказал Бурнейко.
Полагая, что общается с представительницей Единого пункта призыва, Бурнейко прислал журналистке БРЦ копию своего контракта. Из него становится понятным, почему некоторые беларусы получают российское гражданство перед подписанием документов: в отличие от иностранца, российский наемник получает военную ипотеку, бесплатную медицину, страхование. Но уволиться крайне сложно. У Бурнейко получилось из-за возраста.
Максим Сериков — бывший инспектор дорожно-патрульной службы в Беларуси. Сериков тоже получил российский паспорт и теперь жалуется, что не может уволиться после окончания контракта. А еще — на дискриминацию: служит на сержантской должности, хотя в Беларуси получил звание капитана.
«Ситуация в том, что когда удобно, то я беларус, и звание не присваивают, и так далее. А когда уволить, допустим, по окончании контакта — ну, ты же россиянин, давай до победы… Я сейчас стою на сержантской должности, получаю сержантскую зарплату», — рассказал он.
Экс-военнослужащему войсковой части 52 280 Александру Матвиенко 54 года. Говорит, решил не сидеть на пенсии в Беларуси, а пойти на войну. «У меня Чечня — первая, вторая. И сейчас [Украина]», — говорит Матвиенко. Его контракт закончился в декабре 2024 года. Но, как и Сериков, Матвиенко имеет российский паспорт, потому не может уволиться.
Впрочем, сложно уволиться со службы и беларусам с паспортом только своей страны. Так, Петр Жабицкий рассказал журналисту БРЦ, что подписал контракт 1 июня 2024-го на год. Но уже три месяца не может уволиться — из-за бюрократической волокиты.
«Планируем создать такую систему у себя»
В списке посетителей Единого пункта призыва на Яблочкова особое внимание журналистов привлек Юрий Кузьмин — заместитель начальника главного организационно-мобилизационного управления Генштаба Беларуси. Полковник Кузьмин последний десяток лет курировал призыв срочников в Беларуси, награжден Александром Лукашенко за образцовую службу.
Понятно, что этот человек не собирался пойти добровольцем на фронт. И в разговоре с журналисткой БРЦ, которая представилась сотрудницей московского Пункта призыва на Яблочкова, Кузьмин это подтвердил.
«Я сам большой чиновник, начальник военный, так, между нами говоря. Просто не называю свою должность. Был в составе делегации. Тогда, значит, это было годика, наверное, два тому назад, мы были на этом пункте отбора, да, на Яблочкова, по-моему, да… Мы были там с экскурсией, ознакомлением. Нам показывали, мы у вас перенимали опыт, беларусы, вот по этим вопросам: по порядку заключения контрактов, привлечения иностранных граждан».
Кузьмин заявил, что в Беларуси планируют создать подобную российской систему набора, в том числе иностранцев, на контракт — через специальные пункты.
«Мы вообще планируем эту систему создать у себя, планируем именно, чтобы она была независима. У нас сейчас командир набирает, вы понимаете, да? А мы хотим независимо. Это перспектива. То есть мы у вас этот опыт увидели», — добавил Кузьмин.
БРЦ, ссылаясь на данные украинской разведки, отмечает, что в Украине погибли как минимум 105 беларусских контрактников (это больше 10% от общего количества). Пропали без вести — 84 (еще плюс 8%). То есть, с большой вероятностью, уже погиб почти каждый пятый беларус, воюющий на стороне России.
